Об авторе
Манифест художественной критики
   О проекте
   Заказать галерею, сайт
   Заказать статью
   50 лучших картин
   Заработок партнерам
   Обучение художникам
   Частные публикации
  ATRSOPHIA-SHOP


Ваши продажи 24 часа в сутки


  ТОП-статьи

Свет и изображение света


Как продать картину


Light and Sea Inside Me


The Perpetuum Mobile of Creativity


How to promote your art in a social network


Paintings from the before birth


The painting to understand ourselves


  Сайт АРТСОФИЯ предлагает:
   Обнаженная женщина в живописи Владимира Карначева
Обнаженная женщина в живописи Владимира Карначева.
http://www.karnachev.ru/

Любопытно вам взглянуть на 14 изображений обнаженной женской натуры в абстрактной художественной интерпретации?
Не столь любопытно, сколь познавательно.
Эти картины приведут вас в другой мир, куда я и предлагаю совершить сейчас художественно-критический экскурс.
Я представляю вам творчество необычайно одаренного русского художника, наверное, одного из самых сильных художников современности, Владимира Карначева.
Если вы не слышали о нем и не знаете, кто такой Владимир Карначёв, то советую не откладывая в долгий ящик пройти по ссылке выше на его сайт и ознакомиться с его экспрессивными и наполненными глубоким смыслом произведениями. Вы не пожалеете, потому что он первоклассный мастер, и вы найдете тот уровень, до которого, по моему мнению, должна подтягиваться вся наша современная живопись. Если же вы не согласны с моей оценкой и вам по вкусу больше старая традиционная школа, то все равно прошу вас прочесть данную статью, где мне открылось, что такое обнаженная женщина в новом изобразительном искусстве. Без этого понимания невозможно двигаться вперед и подняться над нынешним духовным и экономическим кризисом, поскольку в данной теме раскрывается квинтэссенция всего, что движет творчеством и вообще жизнью.



«Обнажённая», 120 х 130 см, холст, масло, 1998г

Вообще говоря, у Карначева есть несколько тем, и когда он пишет картину, то делает это не просто так, а разрабатывая некую тему. Обнаженная женская фигура – это одна из классических тем, в которой у него написаны десятки произведений. Говорят, что художника привлекает эротика женского тела. Однако это не совсем так, поскольку привлекает его не эротика, а сама женщина, сама человеческая душа. Ведь эротика женского тела привлекает вообще любого мужчину, но не каждый становится по этой причине художником. С художником же бывает так, что вместе с осознанием предмета влечения он хочет понять причину: почему его влечет, почему вообще мужчину влечет к женщине? Этот вопрос разжигает его воображение, и он начинает разрабатывать тему обнаженной фигуры. Для него она обнаженная не потому, что художнику нравятся голые женщины, а потому, что он хочет видеть женщину как таковую, без обычного покрова, за которым скрывается ее существо. Он изображает ее обнаженной, ибо хочет приоткрыть тайну женственности. Как сказал Гете в бессмертном «Фаусте»: «Вечно-женственное влечет нас ввысь». И вот художник решается выяснить, в чем заключается вечно-женственное начало, и начинает разрабатывать тему. Это у него идет как задание свыше.
Бог наделил вечно-женственным лишь одну половину человеческого рода, чтобы другая затем, испытывая влечение к женщине, искала в ней свое сокровенное начало, а иными словами, душу. Обнаженная женщина на картинах – это душа человека, это вечный двигатель его духовной активности во всех сферах и во всех смыслах. Тем не менее, стремление к женщине в физической реальности, даже в самых интимных отношениях, не дает еще прикоснуться к тайне вечно-женственного. Ибо тут действует феномен спутника. Земля тоже притягивает Луну своей гравитационной силой, но небесным телам не суждено встретиться. Стремясь к Земле, Луна лишь крутится вокруг нее, привязанная силой притяжения. То же происходит и с человеком: в жизни он крутится вокруг вечно-женственного, не приближаясь к нему. Никакие действия и поступки, никакие любовь и стремления не позволяют ему в обычной жизни узнать, что такое душа. Последняя всегда остается для него за синими горами, самой желанной и загадочной планетой.
Однако в живописи художник преодолевает инерцию Луны и срывает с женщины ее призрачное покрывало. Он ставит перед собой задачу исследовать при помощи красок само центральное существо, вызывающее притяжение. Творчество – это единственный и прямой путь к вечно-женственному.
Итак, что же представляет из себя первая картина?
Это приглашение – исследуй меня! Фигура обнаженной не случайно написана наполовину натуралистически. Хотя женщина на картине и не совсем как реальная, но заметьте, что свет и тени на животе, груди и плечах ложатся как и в обычном мире. Художник как бы зафиксировал исторический момент перехода из этого мира в иной, где царят совсем другие отношения и свойства. И не случайно основной цвет картины - золотой, означающий, что мы имеем дело с самым драгоценном, что только может открыться нам через женскую натуру. Найти душу – это все равно, что найти золотой клад. И еще - фон картины состоит из множества мелких квадратиков и фрагментов – черных, белых, желтых, сиреневых, голубых. Что это напоминает? Это напоминает звездное небо, галактическую туманность, как если бы свет далеких звезд слагался в очертания созвездия, в звездную Деву. Таким образом, прямо сказано, что наш предмет - это звездная, вселенская сущность человека. Душа – это астральная Вселенная, сконцентрированная в одном человеческом существе.
 

«Отдыхающая модель», х.м., 80 х 100 см, 2000 г.

Давайте перейдем непосредственно к разработке темы обнаженной натуры, как ее можно увидеть в творчестве художника. Итак, отдыхающая модель. Само название дает право спокойно ее рассмотреть и выяснить, что же больше всего привлекает наш взгляд в обнаженной модели. Можно сразу отметить, что это момент самонаслаждения, блаженства. Это упоение жизнью, когда душа безгранично счастлива тем, что она существует (ее руки свободно раскинуты и, как видите, почти сливаются с фоном). Это основное свойство души – перманентное довольство собой на всех уровнях и всех состояниях, включая страдание и разочарование. Если еще вы не согласны, что душа всегда испытывает блаженство от жизни, то вам надо еще много-много смотреть картин с обнаженной натурой, пока в отдыхающей обнаженной вы не увидите душу. Всякое отклонение в изображении от перманентного довольства, если такое имеет место в живописи, всякий реализм тела, изъяны, пороки и нахождение вне себя – это не для данного жанра, не для ню. Зритель радуется открытию, когда видит самонаслаждение, равновесие в чувствах, самоидентичность у обнаженной натуры.
А что больше всего привлекает из элементов тела?
Во-первых, это треугольник интимного места, во-вторых, груди с оголенными сосками и, в-третьих, голова. На голове - самые выдающиеся пятна это рот и глаза, и они как бы повторяют первые два элемента: рот – это как интимное место, а глаза – это как груди. Аналогия между ними еще и в том, что и рот, и интимное место принимают в себя, а глаза и груди одинаково являются органами чувств. Волосы же – это то, через что душа отдает себя в мир, орган самоотдачи. Если изобразить обнаженную натуру без указанных элементов, то она будет несовершенной и не радовать глаз.
Грудь – это действующий орган интуиции в духовном мире, при помощи которого душа будь то во сне, будь то наяву воспринимает духовных существ. Открытая грудь - это самая важная деталь души, равно как и обнаженной натуры. Интимное место – это тоже своеобразный орган видения, но не существ, а процессов и, в первую очередь, процессов рождения, созидания и роста. Этот орган творчества. Причем ноги, живот и широкая задняя часть, они как бы растут из того маленького темного треугольника, расширяясь в трех направлениях. Словом, душа – это самосозидающая сущность, постоянно рождающая себя в образном смысле из женского интимного места. Голова же является противоположным полюсом и органом восприятия всех процессов старения, умирания, уничтожения. Примечательно, что фигура утончается по направлению от «нижней» части к голове, а в области волос она буквально сходит на нет, умирая в окружающем мире. Волосы олицетворяют древнюю магическую и уже отмирающую способность души, оставшуюся с тех времен, когда душа имела власть над небытием. Таким образом, центр души как бы занимает промежуточное место между рождением-творчеством и смертью-магией. Душа вечная, потому что она несет в себе жизнь и смерть, никогда не умирая и не возникая, хотя и вечно теряя себя в мимолетном блаженном мгновении.
Почему же художник изображает свою модель лежащей вниз головой?
Да потому, что самым высшим органом в духовном мире считается тот, который мы обозначили как треугольник интимного места, а самым низшим – голова. То есть, все перевернуто по сравнению с чувственным миром, где мы живем. В обычном мире голова считается самой высокоразвитой и важной частью, а в душевном мире – самой пусть и прекрасной, но вспомогательной и смертной.



«Обнажённая на чёрном», холст, масло, 88 х 102 см, 2000 г.

Тему значения головы, груди и нижней части туловища продолжает следующая картина, где обнаженная полулежит, опираясь руками на узорчатый четырехугольник ковра. Сам ковер, с узором Вселенной на нем, это то, из чего душа набирает свои качества, где есть и красное, и черное, и желтое, и белое. Здесь мы видим, что красное и черное нашло свое место в голове, белое (или нежно розоватое) – в груди и нижней части, а вот желтое художник почему-то не хочет вносить в фигуру, словно тому золоту, с которого мы начали наш обзор, в душе больше нет места.
Что означает это отбеливание фигуры?
Я не очень большой знаток Апокалипсиса, но, по-моему, речь идет там о четырех всадниках: белом, красном, черном и еще об одном - пепельно-стального цвета – который описывается как что-то очень зловещее. Видите ли, все эти цвета, они есть и в фигуре, в том числе и серо-стальной цвет. Однако желтого цвета в ней нет, потому что желтый – это далекое доисторическое прошлое души, до изгнания ее из Рая, больше такой она никогда не будет. Она должна заменить свой желто-золотистый цвет на один из предлагаемых четырех современных цветов. Состояние беззаботности у женской фигуры на картине как будто пропало и сменяется на противоположное, она должна что-то предпринять, так как творец хочет ее по-своему разукрасить. Мы видим здесь одно из возможных цветовых исполнений, какое по мнению художника для нашей эпохи является наилучшим. Творец ведь волен поступать со своей душой, как захочет! И он выбрал для нее путь просветления, то есть, преимущественного заполнения фигуры былым цветом. При этом в область головы он вносит красный и черный, наверное, в связи с тем, что голова, как орган ответственный за старение и умирание, могла бы потушить в остальной фигуре этот неприятный серо-стальной цвет, проникший в нее вместе с белым цветом и использованный для создания теней. Мы видим, что эти интенсивные цвета – красный и черный – действительно, исходя из головы, преодолевают пепельно-стальной. И таким образом при помощи художественно-цветовых приемов как бы решается духовная задача с просветлением души. Поистине, как все увязано в настоящей живописи с космическими законами!
Можно однако спросить: а почему серо-стальной цвет вообще проникает в фигуру?
Мой ответ такой: душа на этой картине, как и на первой, изображается все еще слишком натуралистически. Поэтому на теле обнаженной, как и на любом физическом теле, показываются естественные тени, создаваемые не собственным, а внешним источником света. Вот если бы она освещалась полностью своим светом, тогда не было бы и натуралистических теней, и, следовательно, не понадобился бы и серо-стальной цвет, соответствующий четвертому всаднику. Тогда было бы совсем другое дело и другое тело!



«Полулежащая», х.м. 120 х 130, 2007 г.

И вот художник решается на свободное заполнение обнаженной фигуры белым цветом. Такая задача никогда не стояла, например, перед Полем Гогеном, изображавшего своих нагих таитянок. Там его таитянки были однозначно бронзовыми, без малейшего намека на то, что это может быть иначе. Отсюда вы можете сделать вывод, как далеко ушла наша современная живопись за последнее столетие. То, что в импрессионизме и последующем экспрессионизме считалось последним достижением и изыском – монотонно закрашивать фигуру одним цветом, как, например, у Анри Матисса, и у многих-многих других – вдруг отошло в прошлое и, будучи написано современным художником, выглядит уже как-то допотопно и примитивно. На повестке дня совсем другие задачи, другие исполнения, и ориентироваться на Гогена или Матисса больше нельзя, как нельзя ориентироваться и на Пикассо или Дали.
Думали ли вы о том, что бронзовую кожу обнаженной женщины надо непременно заменить на белую? И как это сделать?
Перед вами эксперимент – смелый, решительный эксперимент, настоящее новаторство в изобразительном искусстве. Некоторые участки женской фигуры вдруг высветлены белым цветом, как если бы туда действительно падал яркий свет, но на самом деле никакого падающего извне света нет. Вы можете убедиться в этом сами, попробовав определить, откуда идет предполагаемый свет, и увидите, что он не может идти ниоткуда. Это ее собственный свет. Сама душа – это свет!
Фигура сделалась при этом более эротичной, скажем так, гораздо более эротичной, чем предыдущая. А в изображении обнаженного тела ведь это и есть главный критерий. Если о фигуре скажут, что она эротична, сексуальна, значит, фигура удалась, и другого критерия, похоже, нет. По данному критерию проверяются все шаги художника в обнаженной натуре. Неэротичная обнаженка – это нонсенс. А если, несмотря на все новаторство и абстракцию, она получилась эротичная, значит, выбранный художником путь правильный, значит это находка в живописи и открытие в духовном исследовании. Нарисованная обнаженная должна пробуждать у зрителя то же влечение к вечно-женственному, что и реальная женщина, в этом весь смысл. Или вам не нравится девушка на картине? Или вы ощущаете недостаток вечно-женственного в ней? Посмотрите однако, какое мощное сияние, какой сильный контраст! К этому можно добавить - какой могучий талант! И при этом такая мягкость, такая смиренность и нежность!



«Вечерняя натурщица», х.м., 90 х 110 см, 2007 г.

Кстати, не одним белым светом может наполняться душа. Белый цвет – это ее собственный, приобретенный, а красный цвет – это свет Бога, впрочем, он не совсем красный и не совсем оранжевый, это мистический духовный цвет. И вы можете заметить по фигуре, что она думает о Нем. Говоря «думает», надо внести поправку, что глагол «думать» на душевном плане подразумевает другое значение, нежели на физическом. Душа думает централизованно и безраздельно отдается тому действию, которое творит, будь то мысль, или чувство, или желание. Мысль, чувство и воля в ней одно единое целое, как и она сама единое целое существо, потому что на картине она всегда ОДНА. Изначально в душе нет раздвоения. Она сливается со всем, что переживает, и отделить ее от переживаемого невозможно. Душа и ее моментальное переживание суть одно. Ее можно представить как сосуд, имеющий свойство наполняться чужим содержанием. И, влив в себя это содержание, как некое растекающееся по телу вино, она придает ему свою индивидуальную форму, она мыслит, чувствует и волит это содержание всей своей фигурой, как показано художником на картине. Правильнее будет сказать, что она не «думает о Нем», а «исполнена Им» или «наполнена Его светом». Причем, Он – это всегда Бог. Ему одному отдается она каждое мгновение и только Его светом наполняет свою фигуру, и поэтому поза обнаженной женщины почти всегда лежа, словно готовая для интимной встречи с Ним. Если бы художник изображал не Душу и не Вечно-женственное, то это могло бы быть иначе, например, как у греков, которые изображали в обнаженной скульптуре своих богов и богинь. Но здесь у нас не боги и не богини, а человеческая душа, которая, несмотря на более низкий иерархический ранг величественна и прекрасна. Если бы древнегреческий скульптор, сделавший статую Аполлона, не сказал бы людям, что это Бог, то люди не поняли бы ничего и, наверное, пожелали бы разбить вдребезги этот странный человекоподобный камень. Но когда им указали, что это сам бог Аполлон, то они признали гениальность произведения и сказали: О.К! Точно также и об обнаженной натуре на картине мастера надо сказать: «Это человеческая душа», тогда станет понятно, как она прекрасна.



«Обнажённая и веер», х.м., 40 х 30 см, 2008 г.

И вот мы видим еще один шедевр красной обнаженной на черном фоне. Белое одеяние сложено в сторону, чтобы скрыть ноги, которые ведь не отличительная принадлежность вечно-женственного.
Тут меня могут спросить: Раз обнаженная сидит и голова у нее всяко выше груди, то значит, и в духовном смысле голова стоит выше, чем остальные органы? И как это согласуется тогда с тем, что было сказано по поводу второй картины, где обнаженная изображается головой вниз? Но дело в том, что в данном случае не имеет значения, что она сидит. Тысячи художников изображают своих обнаженных в сидячей позе, и в этом нет ничего удивительного. Из того, что она сидит, нет повода делать далеко идущие духовно-научные выводы. В живописи надо обращать внимание лишь на странность, на некое отклонение из ряда вон, и на этом строить. А в том, что обнаженная сидит, как нормальная женщина, я не вижу никакого достойного отклонения. Как и на всех картинах, это триединая душа, в которой голова символизирует мышление, средняя часть – чувствование, а нижняя – волю. Все!
Что же обращает на себя внимание – так это веер. До сих пор женщина не держала ничего постороннего в руках, а тут вечная душа вооружилась вдруг таким излишеством, как веер. Как вам нравится: душа с веером? Однако, на эту странность надо смотреть с другой стороны. Художник здесь хочет сказать, что душа переполнена, причем настолько переполнена своим откровением (от слова «кровь», которая тоже красного цвета), что на ее теле не осталось более светлых пятен, как было на предыдущей картине. Ей становится от этого жарко, и она вынуждена взяться за веер. То есть, указывается на состояние души, когда она в избытке наполнена, и аналогий для него в физическом мире служит физическое тепло. Когда душа переполнена божественным, мы ощущаем тепло. И наоборот, когда человек отправляется в сауну или на теплое море, это значит, что ему недостает душевного наполнения. Жить в холодном климате может тот, кто способен сам наполняться духом.
Итак, на картине показана как бы душевная жара, вызванная переполнением души Богом. Душа, как надувной шарик, даже села и выпрямилась, потому что в таком наполненном виде ей неудобно лежать. Не случайно для медитации индусы выбирают позу лотоса, потому что в ней душа лучше наполняется.



«Синее настроение», ватман, масло, 21 х 30 см, 2008 г.

А следующая картина представляет противоположное состояние – душевный холод. Так переживает душа, когда ей нечем наполниться. Фигура как бы взывает: «Где же то, чем я должна быть наполнена? Где же мой излюбленный красный цвет?» Но вокруг только холодный синий, и заполнение ее синим холодным фоном из окружающего пространства, кстати, начинается с головы. Мысль стынет первой, в холоде невозможно мыслить, и душе остается только надеяться, что это состояние когда-нибудь снова сменится состоянием красной исполненности божественным.
Когда человек мерзнет зимой на улице, то это не из-за того, что молекулы окружающего воздуха или человеческого тела начали медленней бегать, а из-за того, что зимой в условиях холода человеческой душе труднее наполниться или вовсе нечем наполниться. Тогда как летом в жаркую погоду наполнение приходит само собой, и душе не надо заботиться о своем внутреннем наполнении. Холод выглядит так, как если бы Бог оставил человеческую душу. Не правда ли, фигура на картине смотрится несколько покинутой, брошенной на произвол судьбы?
Итак,  у души есть два крайних состояния: переполненности и недостаточной наполненности, которые выражаются в душевном тепле и  душевном холоде. И хорошо было бы сказать: надо найти такое среднее состояние, когда душа наполнена, но в меру, так чтобы ей было не холодно и не жарко. Да, для души это было бы идеальным, райским решением, но, увы, душа любит экстрим, она не знает, что такое быть наполненной наполовину.
Тут уместно спросить: Почему же Бог оставил душу, заставляя ее испытывать это состояние душевного холода и пустоты? Ответ, по-моему, состоит в том, что душа должна стать свободной, то есть, не такой беззаботно блаженной, как на картинке, когда ее выпустили из Рая, а деятельной и активной, причем, не по принуждению Бога, а исходя из себя самой. В этом все дело: душа в ходе эволюции должна становиться деятельной, активной и свободной. Поэтому Бог и отстранился, предоставив душе найти свое наполнение самостоятельно и научиться различать между Добром и Злом.



«Вечерний сеанс», ватман, масло. 21 х 30 см, 2008 г.

Мировое зло бывает троякого рода, и первая его разновидность по имени Люцифер может быть уяснена, если разобраться в этой картине. Только не подумайте, ради Бога, что эту милую возлежащую на диване женскую фигурку, такую контрастную и с элегантно закинутой за голову белоснежной ручкой я называю Люцифером! На картине это не черт, а человеческая душа – как всегда блаженная, светлая, вечная и, конечно же, добрая. И в живописном плане картина тоже прекрасная, в ней нет и не может быть никакой нечисти. Однако тот род и способ, каким нанесены на холст краски при разработке данной модели, дает нам повод поговорить, каким образом получается первая разновидность зла.
Что обращает на себя внимание – это четкое деление ее милого личика на черную и белую половину. Это не свет и не тень, но ее собственное, исходящее от нее самой, деление всего сущего на черное и белое. Опять же, в этом нет ничего плохого, хотя все это условности головы, а не истинного чувства. Однако, что за этим делением головы на черное и белое может последовать?
Чтобы душа стала свободной и научилась самостоятельно добывать блаженство и заполняться божественным, она сначала должна быть белой, то есть, чистой и пустой. Этот очищенный белый цвет дается душе, когда та вступает в земное бытие, потому что каждый раз после смерти душа проходит в духовном мире очищение и возвращается при повторном рождении на землю идеально чистой без малейшей склонности ко злу. Так что исходное белое состояние Бог всегда обеспечивает душе.
А затем душа начинает жить на земле, и здесь в результате деления всего на белое и черное происходит то, что душа начинает причислять себя к лучшей, т.е. белой половине. В этом тоже нет ничего плохого, все мы так думаем. Однако посмотрите, что происходит дальше: Есть ли у нее теперь горячее желание заполниться божественно-красным светом, которое было у души, к примеру, на предыдущей картине? Абсолютно нет! Она абсолютно довольна своей избранностью. Согласны, что она не жаждет никакого заполнения?
Более того, у обнаженной фигуры есть тенденция обратного заполнения тем золотисто-желтым цветом, с которого все началось. Видно, что девушка причисляет себя к элите, так почему бы ей не наполниться золотом? Ведь она благородного происхождения, черт возьми! Почему бы не вернуть лучшую половину в доисторический Рай? Это вам, низшей касте, надо заполняться божественным! А мне на фиг не нужно ваше красное блаженство! Мне не нужен ваш Бог! Потому что я лучшая, я хочу и буду купаться в золоте!
Вот это то, что называется Люцифером или элитарностью. Это разновидность мирового Зла, которая, увы, пронизывает все сферы общества и проявляется в том, что небольшая часть людей хочет обеспечить себе привилегированное положение и присвоить, не работая над собой, все богатства. А все лишь потому, что душа зациклилась на своем праве на блаженство. На самом деле, в воззрениях так называемой элиты происходит примитивный возврат к старому мироустройству, к доисторическому золотому веку, когда правили короли. В живописных терминах – это заполнение фигуры золотым или бронзовым цветом, от которого мы вначале отказались. Или вы все-таки считаете, что золоченые попки смотрятся лучше?



«Модель на табуретке», ватман, масло, 42 х 30 см, 2009 г.

Вторая разновидность зла носит название Ариман, и это противоположная его крайность. Мое определение, конечно, не относится к картине и к девушке на ней, которые во всех отношениях приятны, а лишь к способу цветового заполнения фигуры, который дает повод трактовать идею картины, как вторую возможность мирового зла. Я не прошу в точности следовать за ходом моей мысли, потому что каждый понимает или не понимает картину по-своему, но я прошу обратить внимание: что картина во всех отношениях противоположна предыдущей, это другая крайность.
Во-первых, обнаженная не лежит, а сидит, то есть, готова к активности, к действию, и не смотрит с таким высокомерием на свое окружение. Она готова самозаполняться, только почему-то это самозаполнение идет со стороны головы и рук, а не со стороны источника творчества, вокруг которого непроизвольно появляется черный цвет. Отрицая и умерщвляя красное, она с другой стороны заполняется черным. Голова ведь это не орган для рождения. Начиная с головы, она опережает время и рождает то, что обречено на преждевременную смерть.
Во-вторых, здесь и не пахнет тем благородством и спокойствием, как на предыдущей картине, а вместо этого в фоне лишь одно беспокойство и хаос. Эта разнообразная грязь фона проникает кусками и пятнами в тело обнаженной, и во всем этом ощущается какая-то бессмысленность. Смахивает на деятельность, которая ни к чему не ведет, которая изображается ради того, чтобы убить время или получить формальный результат. Эта то, чем занимаются бюрократы в своих министерствах и офисах, делая вид, что они работают.
В-третьих, важная деталь - лицо показано в профиль. Что это может означать? Явное отсутствие симметрии – это к искажению человеческой природы. Если в душе нет второго глаза, то что можно ждать от физического человека? Так что вторая разновидность зла, пожалуй, губительней первой.
Суммарно говоря, это попытка заполнить себя не тем, чем надо, не божественным. Ибо только Богом может быть наполнена и счастлива душа. Она взывает к наполнению, но смотрит в сторону и вниз, не желая смотреть Богу в глаза, и наполнения не происходит, потому что это не та субстанция света, которой душа может наполняться. Это тьма. Душа не понимает, что тьмой наполняться нельзя, и продолжает еще сильнее искать наполнения во тьме и в материальном. Так возникает привязанность ко второй разновидности зла, которая, если ей дать развиться, ведет к непроизвольному заполнению души грязью и тьмой.
Поясним на примере, чем отличается правильное наполнение от неправильного.
Правильное – это когда я, например, разбираю картину «Модель на табуретке», это мне нравится, это меня наполняет, и я счастлив от того, что достигнут какой-то результат. Я переживаю свое наполнение.
Неправильное же, это когда сидишь целый день за компьютером, все чего-то делаешь, все стараешься успеть, а на самом деле ничего не делаешь и только теряешь впустую жизнь, которая как всегда идет своим чередом и требует, чтобы в это время было что-то пережито, создано и рождено.
Вторая разновидность – ариманическое зло –конечно, выливается и в более грубые и жестокие формы, как то: страсть к уничтожению, зависть, воровство, ложь.



"КЛЕОПАТРА. Женщина с зеркальцем", х.м., 80 х 100 см, 2009 г.

И вот еще одна изумительная в смысле пластики и контраста фигура. Здесь я также хочу предупредить, что ничего не имею против нее и заранее счастлив за человека, который ее приобрел или приобретет.
Тем не менее, продолжая тему мирового зла, разберем еще один вариант, происходящий с человеческой душой, которая не может правильно наполняться Богом, то есть, Добром. Как называется эта третья разновидность зла, не имеет значения, но она тоже может быть. Если люциферическая разновидность связана с патологией головы, ариманическая – с патологией интимного места, то третья – с патологией сердца или груди. Так, Люцифер отказывается признавать, что что-то умерло, Ариман – что что-то родилось, а третий супостат – вообще ничего и никого не хочет признавать. И потому на картине эта женщина показана с черным игрушечным зеркальцем, в которое она любуется на самое себя.
Вы, наверное, скажете, что не видите здесь никакой патологии груди (т.е., органа интуиции), и даже наоборот - у девушки великолепная грудь! Так-то так, но она держит в руке предмет. И из-за того, что ее орган интуиции воспринимает только этот ограниченный материальный предмет – она привязана к нему – из-за этого нарушен нормальный процесс в душе, идущий снизу вверх: от возникновения к умиранию. Для нее вообще не существует ни возникновения, ни умирания, для нее существует только это зеркальце.  Вокруг органа интуиции у нее все белое, а периферия, напротив, заполняется черным. В этом все дело!
Что же представляет из себя черное зеркальце, которое она вертит в руках?
Зеркало для души – это ее физическое тело. Именно свое физическое тело она считает самым дорогим предметом во вселенной и ничего не хочет кроме него. Зачем Клеопатре Бог, и зачем ей наполнять свою душу божественным содержанием, когда она владеет самым прекрасным физическим телом, которое она любит больше всего на свете? Душа влюблена во временное смертное тело. Она хотела бы мумифицировать его и сохранить на тысячелетия. Зачем вообще все эти боги, души и люди, когда на свете есть такой совершенный предмет? Давайте размножим его, расклонируем, давайте сделаем из людей совершенных роботов, еще более тонких, красивых и долговечных, давайте заменим все живое компьютерными эквивалентами! Вот такая тенденция. И зачем, спрашивается, душа? Зачем личность? Давайте сделаем искусственную цивилизацию! Это третья разновидность зла. Фактически, такая привязанность к совершенству в физическом теле означает полное отрицание духа и самоубийство души.



«Белая Гармония», ватман, масло, 30 х 42 см, 2010 г.

Как видите, современная живопись это не произвол. Тут надо сто раз подумать, прежде чем дать в руки Клеопатре маленький, невзрачный предмет, черное зеркальце. И надо быть осторожным с фоном, потому что самый маленький квадратик, самый маленький штришок имеет значение! Один лишний кирпичик, один неловкий мазок, и вся наша цивилизация грозит разлететься в пух и прах! Разве не похожее наделал в современной живописи Малевич со своим «Черным квадратом»? А тема здесь еще более скользкая, ведь обнаженная натура – это то, что мы думаем о себе, о своем существе и своей человеческой перспективе.
Итак, на чем мы остановились?
Мы выяснили, что нельзя заполнять белое тело натурщицы золотисто-желтым цветом. Прекрасно! Оставим  ее в покое, пусть лежит на золотой циновке, созерцает плоды древних культур, но ничего от этих культур не пытается брать.
Также нельзя механически заполнять ее белое тело всякой дрянью из пестрого фона, потому что это низко и материально. Прекрасно! Сделаем равномерный серый фон (серый – это цвет духа), но пусть сама она остается беленькой.
Далее, нельзя давать ей в руки никакой посторонний предмет, потому что это мгновенно нарушает триединство души и означает ее самоубийство. Ибо все самоубийства на происходят потому, что мы мечтаем невозможное, перекрывая душе кислород. Пусть лучше она лежит, молчит и ничего не делает.
А как же быть с красным цветом? Добавим этот красный цвет в виде пятнышка в серый фон, пусть знает, что Бог есть и никуда не делся. Но только знает. Потому что не в каждый момент душа должна наполняться Богом. Пусть осознает этот момент своего одиночества и неприкаянности  как нормальное вот это свое состояние, когда она просто лежит, не допуская ни одну из указанных возможностей, даже красное. Это самое благоприятное состояние для души. Потому что бессознательно она, конечно, может наполняться Богом в каждый момент своей жизни, но кроме этого существуют и моменты осознания. Она должна превратиться в душу сознательную, чтобы свободно, независимо ни от Бога, ни от фона и материального окружения, предпринять что-то из себя самой. Что именно?
Это мировой вопрос.
Вы видите, что фигура застыла в этом вопросе. Ждать невозможно, потому что это состояние все равно когда-то смениться. Но на что сменится? – это вопрос. Неужели мир, Бог или какой-нибудь гений не придумали еще какой-то возможности, чем может заполниться душе, которая не хочет потерять свободы и не хочет впасть во зло?
Ее фигура на картине – это знак вопроса. Ее правая ручка с указательным пальцем, примкнувшим к губам, так изящно согнулась в знаке вопроса! И черные волосы – они тоже нарисованный знак вопроса! Вся фигура – это вопрос в квадрате!   



«Обнажённая с распущенными волосами», ватман, масло, 30 х 42 см, 2010 г.

Если предыдущая картина это вопрос, то следующая картина – ответ. Или скорее не ответ, а догадка или озарение. Фигура изображена красной (точнее, тем истинно божественным цветом), потому что только с состоянием наполненности чем-то душа может придти к догадке и озарению. И она вся как бы в испытующем ожидании, устремленная на зрителя взглядом, спрашивающим: «Это правда? Так ли это на самом деле?»
В чем же состоит предполагаемое решение?
Девушка открыла для себя, буквально нащупала грудью какую-то тайну. Она увидела в узоре ковра что-то потрясшее ее до глубины души. Вы видите, как она словно перебирает руками карты или какие-то проспекты, в которых содержится очевидный и простой ответ на вопрос, но при этом ее взгляд направлен на нас: «Так ли это? Согласны ли вы с таким решением?»
Конкретно, ее внимание привлек тот синий цвет, который до сих пор в нашем рассмотрении никак не участвовал и воспринимался, скорее, со знаком минус, как отсутствие красного божественного, как состояние душевного холода. И вопрос собственно заключается в том: А что если заполняться синим? Тем самым синим, которое является нам как минус божественное? То есть, наполняться тем, что ты не берешь свое содержание откуда-то, а отдаешь его?
Вы видите, как она заинтригована догадкой, как она целеустремлена, не обращая внимания на свою обнаженность, как ей хочется попробовать этот совершенно новый вариант. Это либо великое открытие, либо великое безумство.
Заметьте, как линия соединяющая интимное место, грудь и голову вдруг приняла прямой угол, а линия, проведенная через две груди делит, как биссектриса, этот угол пополам. Отныне существо души разделилось, одна грудь смотрит вниз, а другая вверх, в духовный мир. С этого момента она будет жить в двух разных мирах. Душа в этой фигуре хочет осознать свое место во вселенной и свое собственное предназначение. Так, неужели все-таки синий?



"Ностальгия", холст, масло, 60 х 80 см, 2010 г.

За этим следует очень знаменательная картина: душа пробует заполняться синим цветом. Собственно, по-настоящему синим закрасились только волосы, а тело приняло своеобразный сиреневый оттенок – смесь красного и синего, и с обычными уже для нас пятнами просветления белого цвета. При этом она сделалась недосягаемо высокой, и по всей видимости находится в контакте не с землею, а с космосом. То есть, она одухотворилась и развернулась своим существом к духовному миру.
Картина примечательна тем, что состоит из четырех слоев. Эти слои означают нечто иное, как миры, которых обитает человек: 1) физический или чувственный мир, в котором человек обитает сознательно (темно-зеленый цвет), далее снизу верх идут душевно-духовные миры: 2) астральный мир (светло-синий), 3) нижний духовный мир и 4) высший духовный мир (темно-синий). И вот душа находится, как в своем собственном мире, в низшем духовном мире, и ее взор устремлен в еще более высокий духовный мир. Таким образом, в тот момент, когда она приняла решение заполняться синим цветом – а получилось, что сиреневым, так как Бог не оставил ее и заполнил со своей стороны красным – в этот момент она осознала себя как духовное существо. Теперь она не просто душа, которая приветствует каждое случающееся с ней событие, будь то вкусный обед или пораненный палец, или то радость от великой победы, или скорбь и разочарование до слез, но теперь она душа, осознающая себя, как существо, как «Я», как гражданин духовного мира. Очень много говорится в литературе, что надо делать для самопознания, как себя воспитать, как стать творческой личностью, как достигнуть успеха и т.д., но очень мало или почти ничего не сказано, что все это дается только через восприятие качества синего цвета. Только сознательно проходя через боль на духовном уровне, не осуждая мир за причиненное тебе страдание, может человек подняться до самого себя. Это открытие человеком второй половины Вселенной – синего цвета.
Вы, конечно, не ожидали, что о таких вещах могут рассказать картины с обнаженной фигурой?



"Девушка и сливы", холст, масло, 95 х 120 см, 2010 г.

А теперь спустимся с небес на землю. Не правда ли, эта последняя четырнадцатая картина разительно отличается от тринадцатой в том смысле, что здесь уже никак не духовный мир, а обычная наша действительность. Потому что кровать, обстановка, какие-то вещи, фрукты – это все от нашего мира. Мы вернулись из путешествия по звездной Вселенной домой и теперь смотрим, как наша обнаженная положена на кровать обычной жизни. Но примечательно, что она спущена сюда вниз фактически в той же позе, что и на предыдущей картине, точно так же ее лик обращен вверх в высшие миры. И эта просветленная душа, лежит на кровати в эротической позе и опять же в ожидании интима с тем, кто в нее войдет и заполнит. Вечная поза души, перманентная поза вечно-женственного начала - не для себя самой, а для кого-то другого. Опять ее руки и ноги фактически растворяются в фоне - в том смысле, что она не руководит и не идет, а переживает экстаз от каждого мига. Заметьте, что художник никогда не изображает свою модель с зада, потому что у нее, собственно, и нет зада, у этой медали есть только одна сторона. Потому что она - душа, и она всегда одна и та же, она не бывает хорошей или плохой, она вообще не бывает другой. Другим бывает только то наполнение, которое мы ей даем. И найти это идеальное наполнение, которое удовлетворит душу, есть вечная задача художника.
К сожалению, идеального решения вообще быть не может, потому что душа, как мы только что выяснили, должна жить отчасти в духовном мире – там одно решение – а отчасти в физическом – там другое решение.
В чем же состоит цветовое решение, которое художник нашел для физического мира?
Для чего ему понадобились сливы? Зачем здесь нужны эти темно-синие фрукты, которые он так искусно расположил между пятнами ее черных волос и красной подушкой в ногах?
Ну, сливы, эти спелые синие сливы, она держит как бы про запас, как спасительный элемент на всякий случай. В духовном мире этот синий элемент спасал ее в том смысле, что она нашла себя, а в социальном мире, среди людей, он действует по-другому. Синие сливы художник расположил на фоне белого тела обнаженной. Это красиво, скажете вы. Однако дело не только в том, что красиво. Ведь он мог точно также закрасить синим цветом какие-то куски тела обнаженной – хозяин барин! Но он так не сделал, а вместо этого изобразил синий предмет на фоне ее живота, то есть, заполнил ее тело синим цветом, как этого требовало правильное цветовое решение, но так, что синее отдал не ей самой, а другому предмету. Что это значит?
Это значит,  что в том состоянии, когда ей нечего взять и когда рядом нет Бога, чьим теплом она может быть исполнена, она и не пытается ничего брать, а наоборот отдает. Она не требует наполнения, когда пуста, но, будучи пустой, еще больше отдает, если можно так сказать, отдает в долг. Это делает ее еще более эротичной, и это-то и составляет принцип современной души. Когда она наполнена и ей хорошо – как это может быть только в духовном мире - она еще и еще берет, а когда ей плохо и рядом нет Бога, она сама становится Богом и отдает. Синее – это как холодильник для отвода тепла. Свое красное тепло она отдает синим сливам, в которых тепло затем растворяется и уходит в физический мир. Ведь сливы падают с вазы, она их не ест, а наполняет их своим божественным элементом, благодаря чему становится сама еще чище и белей. А потом, когда опустошенная ниже нулевой черты она вновь встретится с Богом, то еще полнее, еще эффективнее наполниться его теплом.
Вся проблема современности в том, чтобы научиться правильно отдавать то, что мы имеем в себе.





  Галереи художников
  Cчётчик

Яндекс цитирования


  Регистрация

Логин:
Пароль:
 
  БЛОГИ
Личные страницы пользователей - полный список блог-галерей пользователей.
  Сайт АРТСОФИЯ предлагает:


АРТСОФИЯ - Художественная критика. Copyright © 2017. Михаил Андреев.