Об авторе
Манифест художественной критики
   О проекте
   Заказать галерею, сайт
   Заказать статью
   50 лучших картин
   Заработок партнерам
   Обучение художникам
   Частные публикации
  ATRSOPHIA-SHOP


Ваши продажи 24 часа в сутки


  ТОП-статьи

Свет и изображение света


Как продать картину


Light and Sea Inside Me


The Perpetuum Mobile of Creativity


How to promote your art in a social network


Paintings from the before birth


The painting to understand ourselves


  Сайт АРТСОФИЯ предлагает:
   Мои 24 часа. Часть вторая.




Олег Попов "Закон джунглей"
ДВП/масло, 46,5 см х 57,5 см, 2008 г.


   17.00 - 19.00.
Эти два часа я почти самостоятельно занимаюсь на тренажёре.
   Ирина подкладывает мне под спину валик. Мой позвоночник выгибается дугой. В таком положении, я мысленными усилиями раскачиваю свои ноги, подвешенные за щиколотки к верхней перекладине тренажёра на резиновых жгутах - влево-вправо, вверх-вниз. Если несколько лет назад ступни едва шевелились, то теперь амплитуда движений составляет  сорок-пятьдесят сантиметров во всех направлениях!
   Затем, меня ждёт комплекс упражнений с отягощениями. Я нагружаю мышцы пресса и спины, поднимая и опуская грузы. К моим ладоням эластичными бинтами привязана металлическая перекладина с крюком посередине. Я не в состоянии удержать её самостоятельно, даже обхватить не могу непослушными пальцами.  Вот почему необходима дополнительная фиксация кистей бинтами...
   За эту перекладину Ирина и цепляет стопку железных "блинов" на прочной верёвке, легко скользящей по двум роликам. Я работаю с отягощениями до изнеможения, до болезненных пульсирующих сокращений ослабленных мышц пресса, до легкого головокружения. Мне нельзя жалеть себя. Как бы ни было тяжело и больно, я должен выполнить все запланированные подходы и загрузить свои вялые мышцы по максимуму. Иначе - регресс, откат. Иначе, завтра придется расплачиваться за сегодняшнюю слабость ещё большей болью, ещё большими нагрузками.
   От интенсивности этих упражнений зависит, будет ли комфортной моя жизнь в ближайшие несколько часов, будет ли предстоящий ночной сон спокойным и крепким. У меня просто нет другого выбора. А значит, нужно стиснуть зубы, и заниматься, заниматься, заниматься.
   В самый разгар моих упражнений с отягощениями, возвращаются дети с дополнительных внешкольных занятий. Я уже упоминал, что мы с женой после травмы постарались загрузить их, как говорится, по самую макушку. Весь день у детей расписан по часам, как и наш. Кроме общеобразовательной оба посещают художественную школу. Сын занимается в баскетбольной секции, а дочь ходит на кружок вязания.
   Так что все вместе мы собираемся под одной крышей лишь в 17 – 18 часов. Мы - одна, дружная семья. Мне кажется, несчастный случай только сплотил нас, сделал ещё ближе друг к другу.
   Было время (в первый год нашей беды), когда дети на несколько месяцев оказались предоставленными самим себе, без родительского контроля. Мы с Ириной мотались тогда по больницам и санаториям. Бабушка героически пыталась обустроить их быт, даже делала вместе с ними домашние задания. Но всё было тщетно. Наши ученики скатывались в школе до троек, успев нахватать за полгода целую кучу неудовлетворительных оценок по всем основным предметам.
   Вернувшись, нам пришлось серьёзно взяться за их учёбу. Как гуманитарий, я взял на себя русский с литературой, английский, историю и прочие гуманитарные предметы. А Ирина, экономист по образованию, налегла на точные науки.  Потребовалось немало времени, чтобы более-менее выправить ситуацию. Однако, сегодня наши дети на хорошем счету в школе, участвуют в предметных олимпиадах, в художественной самодеятельности и т.п. словом - живут активной и насыщенной жизнью 12 - 13-летних тинейджеров.
...Мама с Ириной кормят проголодавшихся Олега и Алёну ужином на кухне, попутно интересуясь у них, как прошёл день. Дети, перебивая друг друга, взахлёб делятся впечатлениями. До моих ушей доносятся их звонкие, весёлые голоса, и на душе невольно теплеет. Поужинав, дети садятся за уроки. Я продолжаю заниматься на тренажёре Дикуля, но это не мешает мне контролировать выполнение ими школьных домашних заданий.
   По очереди, Олег и Алёна читают мне заданные параграфы по истории и биологии, пере
сказывают, что запомнили, тараторят наизусть стихи и правила. Я их внимательно слушаю, задаю наводящие каверзные вопросы, не прекращая при этом своих упражнений.
 
19.00.
С занятиями на тренажёре на сегодня покончено. Натруженные мышцы пресса, спины,
бёдер горят и приятно побаливают... Наступило время постоять мне немного и на своих ногах.
   Самая большая комната в нашем доме давно уже напоминает мини - спортзал. Кроме упомянутого выше тренажёра Дикуля, тут стоит шведская стенка с коленоупором, самодельная кушетка на колёсиках, гимнастический мат на полу.   
   Ирина освобождает мои руки от эластичных бинтов, колени - от фиксирующих ремней. Она привычно натягивает на парализованные ступни тяжёлые армейские ботинки с высокими голенищами. Такова техника безопасности - вставать мне на свои ослабленные ноги без обуви, жёстко фиксирующей голеностопы - травмоопасно.
   Ирина подкатывает кушетку со мной вплотную к шведской стенке. Я сажусь на край с помощью супруги, опираюсь ладонями на деревянные перекладины спортивной лестницы. Ботинки фиксируются в специальной коробке, колени упираются в кожаную подставку...
   Поддерживая меня под плечами, жена рывком поднимает парализованное тело вверх. Я стараюсь, насколько могу, помочь ей в этом, цепляясь кистями и предплечьями за жёсткие перекладины, пытаясь встать на собственные ноги.   
   Моё непослушное тело, благодаря нашим совместным усилиям, принимает, наконец, вертикальное положение. Чувствую, как внезапная нагрузка на ноги "замыкает" коленные суставы. Я осознаю, что стою на своих ногах! Сам! Ирина лишь поддерживает мой стан, не позволяя телу завалиться влево или вправо.
   Удивительные, необычные ощущения для человека, вот уже несколько лет прикованного к постели! В первые секунды даже немного кружится голова... Ирина, перестраховываясь, пристёгивает меня прочным, солдатским ремнём за бёдра к шведской стенке.
   Стояние в коленоупоре - это, пожалуй, самое экстремальное упражнение для любого шейника. Только через четыре года после травмы, я перестал, наконец, терять сознание на жизненно необходимом для меня снаряде, хотя каждый день не менее получаса проводил, стоя у шведской стенки. Видимо, к тому времени, организм окреп и потихоньку начал приспосабливаться к новым реалиям. Впрочем, и сегодня такое стояние даётся мне нелегко - скачет давление, кружится голова, усиливается спастика, начинают внезапно болеть шейные позвонки...
   Но я должен каждый день, хоть через боль, хоть ненадолго, принимать вертикальное положение. Это нормализует кровоснабжение конечностей и работу всех моих внутренних органов, да и просто даёт возможность вновь почувствовать себя нормальным человеком. Хотя бы на один час... Как это здорово, смотреть на жену, на
собственных детей, не снизу вверх,  не с высоты подушки или инвалидной коляски, а как прежде - глаза в глаза, и даже - чуть-чуть сверху!
   Врезались в память слова одного опытного инструктора по лечебной физкультуре, сказанные мне во время пребывания в санатории для спинальников. Он сформулировал предстоящую мою жизнь в виде девиза, которого я отныне должен придерживаться, если хочу восстановиться. Вот эта "формула жизни": "Если можешь сидеть - старайся меньше лежать, если можешь стоять - старайся меньше сидеть, если сделал первый шаг - больше не стой истуканом, шагай!"
   Итак, этот час, с 19.00 до 20.00, я провожу стоя. Чтобы было не так скучно, стараюсь переваливаться с ноги на ногу, поднимаю руки над головой, делаю другие посильные физические упражнения. Да и дети не дают мне скучать - одному надо срочно проверить сочинение, другой - помочь сделать перевод с английского языка  на русский.
   Чтобы не терять драгоценного времени, Ирина успевает накормить меня ужином. Не успеваю я опомнится, как уже пора садиться в кресло-каталку

   20.00.
   В ней я проведу следующие четыре часа.
   Примерно, на пятый год после травмы ( зимой 2008-го ), мне выделили прогулочную коляску с электрическим приводом. До этого, я почти не покидал пределов своей комнаты. У меня была лишь лёгкая комнатная коляска, полученная сразу после травмы. Ирина возила меня на ней в ванную комнату, иногда - просто по дому. Поскольку, кисти и пальцы не работали, сдвинуть коляску с места самостоятельно я не мог. Таковы, пожалуй, и были все мои передвижения в пространстве с конца 2003 по весну 2008 года, за исключением, конечно, нередких поездок в больницы и санаторий. И только когда я пересел на электрическую, самоходную коляску - жизнь моя изменилась, наполнилась новыми красками.
   За окном бушевал и пел птичьим разноголосьем апрель 2008 года. Я же день за днём упорно осваивал в своих четырёх стенах непривычное средство передвижения. Хотя пальцы мои, по-прежнему, не гнулись и не слушались, я довольно быстро научился управлять электроколяской, накрывая джойстик на пульте ладонью и смело манипулируя этим "рулём". Впервые за последние пять лет пришло  уже порядком забытое ощущение свободы передвижения.
   Я едва смог дождаться погожего, тёплого дня, чтобы попробовать самостоятельно  выбраться на улицу. Для этой, вроде бы простой процедуры, пришлось срочно перестраивать порог, а высокое крыльцо перед верандой - накрывать прочным деревянным настилом, по которому моя коляска могла безопасно съезжать во дворик. Всё это было сделано руками наших знакомых и друзей в самые короткие сроки.



Олег Попов "Чайки"
ДВП/масло, 45 см х 69,5 см, 2008 г.


   И вот, в один прекрасный майский день, я мягко съехал (сам!) по пологому настилу на асфальт небольшого внутреннего дворика. От яркого солнца слепило глаза, свежий ветерок обдувал лицо. Непередаваемые, забытые ощущения...
   Целый час я, помнится, наслаждался весенним теплом, вдыхал полной грудью чистый воздух, аромат цветущих абрикосовых деревьев. Надышался кислородом до головокружения! Пил этот воздушный коктейль, и всё не мог напиться. В конце концов, Ирина загнала меня чуть ли не силой в дом, испугавшись за моё здоровье.
   Я долго осваивал дворовое пространство, прежде чем решился, впервые, самостоятельно, выехать за ворота собственного дома. Это оказалось непростым психологическим испытанием...
   Одно дело - разъезжать на коляске, например, по территории санатория, в чужом городе, среди десятков таких же, как и ты, инвалидов-спинальников, абсолютно тебе незнакомых и глубоко погружённых в свою беду. И совсем другое - показаться на улицах маленького городка, исхоженного вдоль и поперёк. Здесь почти каждый прохожий - твой знакомый, или даже приятель. Ты сразу, невольно, оказываешься в центре всеобщего внимания, на острие многих сочувственных взглядов. Привыкнуть к этому невозможно.
   Сначала, я просто "нарезал" круги вокруг своего домовладения, приноравливаясь ездить по городским улицам, в условиях бойкого автомобильного движения. Жена всегда была рядом, развлекая разговорами и готовая в любую минуту прийти на помощь.
   Передвигаться на коляске по городу - испытание не для слабонервных. Наши улицы, магазины, учреждения рассчитаны, похоже, лишь на здоровых людей. Бордюры тут и там, без подъемов и спусков, ступеньки в самых неожиданных местах, плохое состояние дорог и тротуаров - всё это резко ограничивает городские маршруты инвалида-колясочника.
   Тем не менее, начиная с мая 2008 года, мы с Ирой стали раза два в неделю выбираться в городской парк на 2-3 часа. Это было здорово! Летом, к таким прогулкам, по тихим тенистым аллеям, нередко присоединялись и наши дети. Так мы и гуляли весёлой гурьбой, вдыхая запах трав, слушая шум листвы и лакомясь мороженным.   
   Однако, мой жёсткий распорядок дня, необходимость каждодневных занятий, как лечебной физкультурой, так и любимой живописью, не позволяли вот так, часто, расслабляться.
   Зато осенью 2008 года, когда я вновь отправился на профилактическое лечение и отдых в  Пятигорск, в санаторий "Лесная поляна", на своей новой самоходной коляске - вот тут-то мы с Ириной и напутешествовались! Благо интересных маршрутов в округе нашлось для нас предостаточно.
   В выходные, и в свободные от процедур будние дни, мы совершали многочасовые прогулки по памятным местам этого замечательного курортного городка. Поднимались даже на гору Машук, к месту дуэли М. Ю. Лермонтова, и к легендарному Провалу!
   Хорошие, асфальтированные дороги в этом ухоженном местечке, ограниченный автотранспортный поток, легко позволяли нам осуществлять подобные длительные, пешие прогулки. Два мощных аккумулятора так шустро несли меня по горному серпантину, что Ирина едва поспевала за мной. Мы много фотографировались и любовались красотами Пятигорска, раскинувшегося у самых наших ног, восхищались заснеженными вершинами двуглавого Эльбруса, словно парящего вдали над линией горизонта в прозрачной, голубой дымке.
   К сожалению, все подобные прогулки на свежем воздухе, как дома, в родном Моздоке, так и за его пределами, возможны лишь в тёплое время года - примерно, с мая по октябрь. Большую же часть года, я по-прежнему сижу в четырёх стенах.
   Впрочем, "сижу" - неправильное слово. Даже непродолжительное безделье для меня - непозволительная роскошь и катастрофа для кропотливого восстановительного процесса.
   Я нередко  ловлю себя на мысли, что с каждым днём мне сложнее и сложнее втиснуть в свои 24 часа всё запланированное на день. Хочется и порисовать подольше, и новые упражнения добавить в свой лечебно-физкультурный комплекс. Но времени на всё просто не хватает! Дни мелькают, словно в калейдоскопе. Иногда, даже самому не верится, что прошло уже больше пяти лет с того рокового прыжка.

   Итак, ежедневно, с 20.00 часов до полуночи - я работаю за компьютером.
Ира помогает мне удобно устроиться за рабочим столом, у мерцающего экрана монитора.
   Компьютер - ещё одно из моих давнишних увлечений. Первую свою персональную ЭВМ (тогда он назывался именно так, состоял из четырёх громоздких элементов, подключался к обычному телевизору, а программы загружались и записывались на бытовой магнитофон! Называлось всё это чудо отечественной электронники - "Партнёр" ), я начал осваивать ещё в начале 90-ых годов.
   Сначала, это было просто хобби, игрушка, средство отвлечься от напряжённых, трудовых будней. Однако вскоре я стал достаточно разбираться в компьютерах, чтобы попробовать внедрить (и, кстати, - вполне успешно!) полезное техническое новшество в свою повседневную журналистскую практику.
   Как бы там ни было, но примерно с 2000 года мы с этим чудом человеческого интеллекта – уже на "ты". И, где-то с того же времени я окончательно понял, что компьютер давно стал для меня и другом, и помощником, и вообще одной из самых необходимейших для полноценной жизни вещей!
   Неудивительно, что по возвращению домой, после продолжительного лечения в 2004 году, в первый же вечер, я попросил Ирину подкатить моё кресло-каталку  к монитору. Но несмотря на весь мой энтузиазм, затея поработать на компьютере обернулась
полным крахом. Парализованная рука совершенно не владела мышкой. Я не мог навести стрелку курсора на нужный символ, не мог сделать простой клик. Даже продержать на
весу несколько секунд ладонь над клавиатурой, чтобы напечатать любое короткое слово, мне было тяжело, - рука без сил падала на стол.
   Много дней я только и делал за компьютером, что слушал в наушниках популярную музыку, смотрел фотографии и фильмы. И тренировал, тренировал, тренировал - кисти, пальцы, мышцы плечевого пояса, чтобы правая рука могла подолгу "парить" над клавишами. Прошёл не один месяц, прежде чем у меня хоть что-то стало получаться.
   Сначала, я научился плавно, без рывков, водить мышью по столу, полностью накрыв её ладонью. Даже эта, простейшая для здорового человека операция, требовала от меня неимоверных усилий и полной сосредоточенности. Потом, я долго учился нажимать пальцами на кнопки клавиатуры и мыши. Это было совсем нелегко. Пальцы висели безвольными сосисками и нажимали совсем не те клавиши, которые мне были нужны. Сбивались и зависали программы, от неловкого движения перезагружался или
даже отключался от питания системный блок, а я от всего этого приходил в полное отчаяние.
   И всё-таки, капля камень точит. К 2006 году у меня уже довольно бойко получалось управляться с компьютером. Используя всего четыре пальца - большие и мизинцы на обеих ладонях, задействовав обе руки, я печатал большие тексты, работал с различными сложными программами.
   Но, по-настоящему, жизнь наполнилась новыми красками, когда родные, видя такое моё увлечение компьютером, "скинулись" и подключили наш домашний "Пентиум" к всемирной паутине. А заодно, родственники приобрели принтер с цифровым фотоаппаратом.
   Итак, с февраля 2007 года (и по сегодняшний день), я практически ежедневно выхожу вечерами в интернет. Как это не банально звучит, но экран монитора с того времени, стал для меня настоящим окном в большой и отнюдь не виртуальный мир!
   Это была и есть - уникальная возможность пообщаться в онлайн режиме, в любое время
дня и ночи, с сотнями и сотнями жаждущих твоего внимания личностей - разных возрастов, интересов, из многих уголков России и планеты. И я, конечно же, с головой кинулся в этот омут разноголосого человеческого общения, уже почти не чувствуя себя замурованным в четырёх стенах собственного дома, отрезанным от всех остальных людей...
   У меня появилось в интернете много друзей. Были среди них инвалиды-спинальники, дэцэпэшники, ампутанты. Мы обменивались фотографиями и песнями, рассказывали друг другу о своих жизнях и судьбах, даже дни рождения отмечали в интернете! Это было замечательно! Казалось, болезни и проблемы, хоть на немного отступали, и всем нам вновь хотелось жить и надеяться на лучшее.
   Одно омрачало моё интернет - общение. Из - за большой нагрузки на глаза (рисование
днём, чтение текстов с экрана монитора вечером!) начало страдать зрение. Дело дошло до
того, что я уже не мог работать за компьютером более двух часов подряд. Глаза были постоянно красными и воспалёнными, вечно слезились.
   Иногда, зрение ухудшалось настолько, что я вообще не мог смотреть на экран, и после непродолжительных занятий живописью и обязательной лечебной физкультуры просто лежал на своей кушетке с тёмной повязкой на глазах. Несколько дней подряд из-за этого пришлось совсем не включать компьютер, давая отдых глазам. Но всё это слабо помогало. Не выручали даже специальные капли и мази для восстановления зрения.
   Я запаниковал. Неужели мне придётся отказаться еще и от компьютера, от новых знакомых по интернету, от общения с такими интересными людьми?!
   К счастью, выход нашёлся. В поисках эффективного средства снижения нагрузки на зрение при работе за компьютером, в городской аптеке нам порекомендовали специальные тёмные очки с множеством мелких отверстий, через которые глаз и смотрит на мир, почти не утомляясь. "Правда, - сказали в аптеке, - эти очки ещё никому из наших покупателей не помогли, но вы попробуйте - а вдруг?"
   Выбора у меня не было, и я попробовал.
   Уже в первый вечер, проведённый за компьютером в чудо-очках, мои исстрадавшиеся глаза ощутили их благотворное влияние. Хотя и непривычно было смотреть на экран сквозь мелкую чёрную сеточку, но я быстро к этому привык. Сразу же исчезла резь и жжение в глазах, восстановилась резкость зрения, а через несколько дней пропала и краснота век.
   Теперь я работаю за компьютером только в специальных тёмных очках. Провожу у экрана не менее четырёх часов ежедневно, и глаза мои больше не страдают.

   Когда я увлёкся живописью осенью 2007 года, то естественно, что одними из первых зрителей и советчиков стали именно мои друзья по интернету. Они активно обсуждали фотографии каждой новой картины, подбадривали меня, как могли. Ее помню, кто именно из них посоветовал мне выставить живописные работы на сайте профессиональных художников и даже подсказал, как на него попасть. Конечно же, я не преминул воспользоваться столь полезной информацией. Тем более, что меня всегда живо интересовало (да и сейчас интересует!) мнение профессионалов о собственной, не совсем обычной живописной манере.
   Так, в декабре 2007 года, я впервые попал на сайт "Artnow.ru". 
   Здесь оказалось столько интересных, высокопрофессиональных художников, всегда готовых помочь добрым советом, ответить на любой интересующий вопрос! И хотя сайт, по большому счёту, оказался простым виртуальным магазином по продаже различных произведений оригинального, авторского искусства, на самом деле, это было ещё и место постоянного общения мастеров кисти, карандаша и резца с начинающими живописцами, доброжелательной критики и своеобразной учёбы.
   Я разместил на "Artnow.ru" фотографии нескольких своих картин, написал небольшую автобиографию. Конечно же, в ней не было ни слова о моей инвалидности. Я хотел объективной оценки своего творчества от профессионалов, а не жалости и каких-то скидок. Выставил, согласно правилам сайта и символические цены на собственные картины, хотя, честно говоря, меньше всего думал о продаже работ.
   Себя я стал называть "Рисующий пальцем". Поначалу, мой ник вызывал вопросы и даже иронию у интернет-собеседников. Я лишь отшучивался, парируя обвинения в экстравагантности и желании выпендриться. В ответ на  недоумённые вопросы, выстукивал на клавишах: Давайте, коллеги, говорить и обсуждать результат, а не то, как он достигнут. Постепенно, завсегдатаи сайта привыкли видеть на сайте мой странный ник.
Росла и моя галерея картин, написанных пальцем. Когда число работ перевалило за несколько десятков (а в интернете я, естественно, размещал только самое лучшее), практически каждый вечер кто-то из художников - а их на "Artnow.ru" более 5 тысяч со всего мира - стал заглядывать на мою персональную страничку, обсуждать и оценивать выставленное на профессиональный суд творчество.

Приятной неожиданностью стала для меня встреча на "Artnow.ru" с земляком,
моздокским художником Юрием Побережным. Он работает сегодня учителем в моздокской художественной школе (которую когда-то закончил и я), учит рисовать моих Олежку и Алёнку. Юра - сильный график, участник многих выставок. Когда-то, лет 10 - 15 назад, я с большим удовольствием посещал их, а потом писал отчёты и репортажи для местных газет и радио. Приходилось, по роду своей журналистской работы, не раз беседовать с этим интересным художником. И вот, надо же, наши пути в виртуальной арт-галерее пересеклись! Впервые встретившись на сайте весной 2008 года, мы с Юрой, с тех пор, часто заходим в галереи друг к другу, отмечаем и комментируем каждую удачную работу.
   Когда я написал первую картину пальцем, то, естественно, сразу же задался вопросом: " А рисует ли кто-нибудь так ещё?" Мне было бы любопытно взглянуть и сравнить результаты наших творческих усилий. Но второго такого художника, живописующего одним единственным пальцем и в подобном стиле, я пока не встретил.
   Хотя рисующих необычными методами в мире хватает. Есть художники, пишущие свои картины пальцами и ладонями, есть те, кто творит, зажимая кисточку зубами или держа её в ногах. В подавляющем большинстве своём - это люди с ограниченными возможностями, инвалиды. Однако, и многие, физически здоровые, художники, нередко в творческом запале, откладывают в сторону кисти и карандаши и пускают в ход подушечки пальцев рук.
   Видимо, за такого оригинала, ищущего новые пути самовыражения в творчестве, и приняли меня коллеги на "Artnow.ru". Они, кстати, и подсказали название моему живописному стилю - "пуантилизм". Ну, а дальше мне потребовалось лишь набрать в поисковом окне это неизвестное слово.  Оказалось, что "пуантилизм" - от французского "Pointillisme", буквально "точечность", - означает стиль письма в живописи, использующий чистые, не смешиваемые на палитре краски, наносимые мелкими мазками прямоугольной или круглой формы. Это течение выделилось из импрессионизма в конце 19 - начале 20 века. Основоположником стиля был Жорж Сера, положивший в его основу теорию цвета и оптику. Альтернативное название "пуантилизма" -  "дивизионизм", от "division" - разделение. Расцвет стиля пришёлся на 1950 - 1960 годы.
   После того, как я самым внимательным образом познакомился в интернете с творчеством самых знаменитых пуантилистов - Поля Синьяка, Анри Эдмона Кросса, ну и, естественно, самого Жоржа Сера, мне пришлось согласиться с коллегами. Да,  изобретённая мною поневоле живописная манера, пожалуй, ближе всего напоминала по своему результату работы пуантилистов. Хотя, всё-таки, существенные отличия не
могут не бросаться в глаза.
   Я пишу не только чистыми цветами, но и часто смешиваю их на палитре, или, непосредственно, на полотне. Моя картина складывается не только из отдельных цветовых пятнышек. Если этого требует замысел, я могу растирать краски пальцем, размазывать и накладывать их друг на друга. Мой оригинальный метод можно, пожалуй,
назвать комбинированным пальцевым пуантилизмом. Вряд ли кто-то ещё, кроме меня, по собственному желанию захочет ТАК рисовать. Это - трудно и неудобно, если, конечно, умеешь держать в руках кисточку.
   Ну, и самое главное. Основоположники пуантилизма, вполне здоровые во всех отношениях люди, пришли к своему стилю в поисках новых путей творческого самовыражения. У меня же, просто не оставалось другого способа для занятия любимым делом - живописью, и единственного "инструмента" для этого - негнущегося пальца на парализованной правой руке.
   Но... Всё, что не убивает, делает нас только сильнее. И, как сказал классик: "Барьеры на пути художника, лишь повышают его прыгучесть и изобретательность".
   Вот я и изобрёл "свой стиль".
...Любая, даже самая богатая творческая фантазия со временем истощается и требует "подпитки".
   Здоровый художник "подпитывается" свежими впечатлениями и замыслами, выезжая на этюды, на природу, путешествуя по миру, общаясь  со зрителями, с коллегами. Но как быть творческому человеку, находящемуся годами в ограниченном, замкнутом пространстве, чьи контакты с реальными людьми сведены до минимума?
   Когда активно работая над своими картинами в течении всего 2008 года, я выплеснул на холсты все накопившиеся за время болезни чувства и эмоции, то примерно на 45 работе я со страхом вдруг осознал, что начинаю испытывать дефицит в новых идеях и сюжетах. А что, если вдохновение совсем оставит меня?
   Моим спасением стал интернет.
   Теперь, каждый вечер, я взял за правило просматривать десятки, а то и сотни любительских снимков на нескольких фотосайтах - животных, людей, пейзажи... Словно путешествую по городам и странам, вырываясь за границы четырёх стен. Жадно впитываю новые эмоции и чувства, яркие краски.



Олег Попов "Чужие глаза"
ДВП/масло, 44,5 см х 61 см, 2008 г.


   Иногда, какой-нибудь обычный, непритязательный фотоснимок, вдруг так "зацепит" мою душу, даст такой мощный импульс творческой фантазии, что замысел будущей картины мгновенно вспыхивает в сознании.
   Именно так, к примеру, произошло с работой "Чужие глаза".
   Толчком к её написанию послужил интернетовский фотоснимок какого-то морского растения. Помню, как меня поразили своеобразные утолщения на концах его многочисленных отростков, напоминающие то ли цветочные бутоны, то ли чьи-то испуганные зрачки.
   Я тут же представил себе гроздь влажных, настороженных неземных глаз на длинных нервах - жгутах, внимательно следящих за происходящим вокруг. Осталось только закрепить эту фантастическую картину с помощью маслянных красок на листе ДВП.
   В то время, у меня под рукой не нашлось необходимой заготовки. Был лишь начатый и отложенный горный пейзаж, с которым я не знал, что делать. Вдохновение ушло, а дописывать его "на автопилоте" - было против моих правил. Вот поверх этого пейзажа, я и написал новую работу, перевернув старую картину вверх ногами, чтобы прежний сюжет не отвлекал.
   Удивительно, но неоконченный горный вид в этом фантастическом творении тоже сыграл свою роль. Нижние, более плотные цветовые пятна, едва прикрытые тонким красочным слоем свежего замысла, вдруг заиграли в унисон с новой идеей. Мне даже не пришлось особо закрашивать старую работу. Картина написалась быстро и легко.
   Теперь же, когда зрители рассматривают мои живописные творения на выставке, то многие признаются, что взоры их вновь и вновь возвращаются именно к этой работе. Она словно притягивает к себе... 
   И подобные истории я мог бы рассказать о каждой своей картине.
   В моём домашнем компьютере скопились тысячи самых разных фотографий, "скаченных" из интернета. Все они разбиты по темам, чтобы можно было быстро и легко ориентироваться.
   Есть и отдельная, компьютерная папка со снимками, сделанными Ириной на нашу цифровую "мыльницу". По моей просьбе, она снимала на улицах города всё подряд - деревья, цветы, домашних животных, сосульки, облака... В общем, всё то, что потом, в той или иной мере, могло бы найти своё отражение в картинах.
   Помню, когда я задумал написать фруктово-овощной натюрморт, то заставил жену взять с собой в очередной поход на рынок за продуктами фотокамеру и "нащёлкать" для меня, как можно больше крупных планов с изображениями яблок, ананасов, баклажанов и прочего. Уж не знаю, что она наговорила торговцам, но домой Ирина возвратилась тогда почти с сотней шикарнейших снимков на заданную тему.
   Вся эта масса фотографий, регулярно пересматриваемая и пополняемая, и является для
меня неугасимым источником  вдохновения, новых художественных идей. Припадая, периодически, к этому роднику, я, словно мифический Антей от земли, подпитываю от него свои слабеющие творческие силы.

   22.00.
В нашем доме воцаряется тишина и покой. Пожелав нам с Ириной спокойной ночи, удаляется в свою комнату, нахлопотавшаяся, набегавшаяся за день мама. Дети тоже ушли спать, покончив с уроками и собрав на завтра свои тяжеленные ранцы. Мы с Ирой - одни в уснувшем доме.
   Я неспешно стучу по компьютерным клавишам, изредка перебрасываясь парой фраз с женой, прилёгшей отдохнуть на диване. Наконец-таки и у неё появилось немного времени перевести дух, отвлечься на пару часов от кухни, от стирки, от ухода за мужем. Ира в такие мгновения любит посмотреть какую-нибудь мелодраму по ТВ, посопереживать чужому выдуманному горю и даже всплакнуть по-бабьи перед экраном. Вот ведь
Женщины - мало им своих бед!
    Подходит к концу мой обычный, рабочий  день. Один из сотен, за последние пять таких непростых лет. И всё-таки, я не робот, а живой человек. Наступающие сутки совсем не обязательно будут точной копией предыдущих.
   Иногда, я могу позволить себе немного и изменить жёсткое расписание. Чаще всего, это
происходит неожиданно, в связи с различными форс-мажорными обстоятельствами.
   В наш дом могут внезапно нагрянуть гости, я могу вдруг плохо себя почувствовать. Травма сделала меня крайне метеозависивым человеком. На всевозможные погодные изменения, магнитные бури и прочие подобные катаклизмы, организм мгновенно реагирует скачками давления и изматывающими болями в шейном отделе позвоночника, бессонницей и упадком сил.
   И тогда, конечно, мне приходится вносить коррективы в свои дневные планы.

   24.00.
День окончен. Пора ложиться спать. Я выключаю компьютер и Ирина помогает мне перебраться из кресла-каталки на постель. Перед сном, жена ещё раз делает мне лёгкий массаж ног и рук. Натрудившиеся за день мышцы легко расслабляются от её умелых движений. Сон мягко обволакивает моё сознание. Я и не замечаю, что в моей жизни уже наступил новый день.
   Господи, пусть он принесёт мне счастье!



© Copyright: Попов Олег Викторович, 2009


Просмотры: 6659


  Галереи художников
  Cчётчик

Яндекс цитирования


  Регистрация

Логин:
Пароль:
 
  БЛОГИ
Личные страницы пользователей - полный список блог-галерей пользователей.
  Сайт АРТСОФИЯ предлагает:


АРТСОФИЯ - Художественная критика. Copyright © 2017. Михаил Андреев.